БИБЛИОТЕКА

Просмотров

Website Hit Counters

ТАВИКСТОКСКИЙ ИНСТИТУТ

СОДЕРЖАНИЕ

СИНЯЯ ПТИЦА СЧАСТЬЯ

ТАВИСТОКСКИЙ ИНСТИТУТ«Страна Воспоминаний» все еще была главной целью операций по установлению контроля над сознанием.

Есть словосочетание, которое в наши дни услышишь не так часто, но которое в начале XX века было в большом ходу, — «синяя птица счастья».

 

Многие сегодня не знают, да и тогда не знали, что происходит это словосочетание от названия пьесы «Синяя Птица» (1909) — самого известного произведения бельгийского драматурга, лауреата Нобелевской премии Мориса Метерлинка. В этой пьесе двое детей отправляются на поиски Синей Птицы счастья и с ними происходит множество приключений. Многие из мотивов пьесы Метерлинка используются ЦРУ в поисках способов максимального манипулирования сознанием, поисках, начало которым положил проект «Синяя птица».

В этой истории, которая начинается в канун Рождества, два главных героя — Тильтиль и его младшая сестра Ми-тиль — отправляются на поиски Синей Птицы счастья. Эти дети бедного дровосека, сравнивая себя с богатыми детьми, живущими в огромном доме напротив, хорошо понимают, что они слишком бедны, чтобы ожидать в этом году рождественских подарков. Среди ночи раздается стук в дверь, и старушка, назвавшаяся феей Берилюной, спрашивает: «Нет ли у вас Поющей Травы или Синей Птицы?» У нее больная внучка, и осчастливить ее может только Синяя Птица. Дети, желая помочь, отправляются на поиски таинственной птицы. Но для этого им нужно пройти через Страну Воспоминаний — ведь это единственный путь к Синей Птице.

 

Я так подробно пересказал здесь сюжет пьесы Метерлинка, чтобы читатель понял, каким образом тайные общества, разведывательные службы и правительство используют литературу для промывания мозгов своим служащим и превращения их в рабов элиты посредством манипулирования их сознанием. «Синяя птица» был одним из таких проектов, разработанных в Тавистоке специально для ЦРУ.

Как и дети в пьесе Метерлинка, новобранцы получают волшебную шапочку с алмазом в центре. Когда Тильтиль поворачивает его, то получает возможность видеть суть вещей. Когда он поворачивает алмаз вправо, то видит прошлое, влево — будущее, а пока шапочка у него на голове, алмаз остается невидимым. Те, кто знаком с восточным мистицизмом, сразу поймут, что расположенный посредине алмаз представляет собой «Третий глаз», открывающий посвященному доступ к секретной информации и оккультным силам. В поисках Синей Птицы Тильтиль (и новобранцы разведслужбы) приобретает такие способности, когда пересекает Страну Воспоминаний, Дворец Ночи, Кладбище и заколдованный Лес. В конце концов рождественским утром дети возвращаются домой и узнают, что Синяя Птица счастья там всегда и была.

 

Однако, с точки зрения тавистокских специалистов, эта пьеса насыщена оккультными и эзотерическими элементами черной магии. Согласно средневековым оккультным текстам, дети являются идеальными провидцами. Моральная атмосфера в пьесе воодушевляющая, одухотворяющая, консервативная и очаровывающая. Там и животные разговаривают, и деревья и мертвые становятся живыми. Однако интерес тавистокцев был в другом.

Главной целью проекта «Синяя птица» была, конечно же, «Страна Воспоминаний»: возможность войти в сознание другого человека, все там переставить и уйти незамеченным. Когда разразилась Корейская война и американские военнопленные после таинственного пребывания в Маньчжурии начали выступать со странными прокоммунистическими заявлениями, мир познакомился с таким явлением, как «промывание мозгов». В этом контексте проект «Синяя птица» приобрел особое значение. Если коммунисты были способны менять сознание американских солдат, значит, война полностью изменила свою природу, став войной культур, войной рас, войной атеизма против религии, войной тьмы против света. В этой войне не одни только пули и снаряды имели значение; концепция психологической войны вышла на передний план, и началось то, что Уильям Сарджант назвал в 1957 году битвой за умы.

В Тавистоке, вне всяких сомнений, были хорошо знакомы с творчеством Метерлинка, в том числе с его исследованиями в области астрологии, психических феноменов и мистицизма. Описание Страны Воспоминаний, данное Метерлинком, нашло живой отклик в умах тавистокской команды, стремившейся найти ключ к тайнам человеческого сознания. Так началась разработка программы манипулирования сознанием.

В Стране Воспоминаний, таинственной, всегда погруженной в сумрак и туман, двое детей находят своих давно умерших дедушку и бабушку. Бабушка говорит им: «Коща мы с вами виделись в последний раз?.. А, вспомнила: в день всех святых, когда зазвонили в церкви»26.

День всех святых — это день поминовения умерших. Они находят Синюю Птицу, но, когда возвращаются из Страны Воспоминаний, птица становится черной. Это было всего лишь первое испытание, и дети должны искать дальше.

Следующая стадия управления сознанием — Дворец Ночи. Это еще более волшебное и запретное место, чем Страна Воспоминаний. Ночь изображается как своего рода ангел, прекрасная женщина с крыльями вместо рук. Дворец Ночи — вотчина Призраков, Болезней и Войн. Из Страны Воспоминаний во Дворец Ночи прямая дорога, потому что, раскрывая тайны памяти и общения с мертвыми, мы обретаем возможность управлять болезнями и побеждать в войнах.

Проект «Синяя птица», как и ассоциируемые с ним программы «МК-УЛЬТРА» и «ЧАСТО», затрагивал все аспекты модифицирования поведения, гипноза, вызываемых действием наркотиков измененных психологических состояний и искусственной амнезии.

В задней части дворца Тильтиль находит дверь, но ему говорят, что ее нельзя открывать, потому что тому, кто туда зайдет, грозят страшные опасности, и что из тех, кто туда входил, никто не возвращался в мир живых. Тильтиль, которому нужно найти Синюю Птицу, все-таки решается открыть дверь. За ней он видит прекрасный сад с водопадом, множеством всяких прекрасных вещей... и синих птиц. Тильтиль хватает их сколько может удержать, но, когда выносит их из сада, они погибают, потому что не переносят дневного света.

Тавистокцам не откажешь в разнообразии. Если в случае с МИ-6 тренинг опирался на главу 4 «Трое в лодке, не считая собаки» Джерома К. Джерома, то в случае с новобранцами и жертвами управления сознанием ЦРУ в тренинге используется третий акт «Синей Птицы» Метер-линка, «Дворец Ночи».

Игра продолжается. Тильтиль и будущий агент должны идти вперед. Следующий этап — Сады Блаженств. Здесь они попадают в гнездо порока, где тучные существа едят, пьют, веселятся, блаженные в своем сознательном невежестве. Тильтиль, который с помощью волшебного алмаза (тайного знания, недоступного никому другому) может проникать в самую суть вещей, видит, что на самом деле эти Блаженства являются несчастными невеждами. Когда на них падает свет, они в страхе бегут к Несчастьям, откуда уже нет возврата. Разумеется, ЦРУ как раз и специализируется на том, чтобы «видеть вещи такими, какие они есть на самом деле», заглядывать за кулисы, срывать маски, и всю их программу можно рассматривать как алмаз Тильтиля: они используют волшебный алмаз, чтобы видеть человеческое сознание таким, как оно есть, преодолевая редуты сознания, которыми человек пытается защитить свои сокровенные тайны; их цель — сделать все тайное явным, в том числе государственные тайны, раскрытие которых может стоить жизни многим людям.

Из Садов Блаженств Тильтиль попадает в Царство Будущего. Там он обнаруживает мир еще не родившихся детей; все они одеты в голубые одежды и напоминают маленьких ученых. Они заняты подготовкой изобретений, которые будут осуществлены, когда эти дети родятся на свет. Однако Тильтилю — как живому человеку — не позволено войти в это Царство, где правителем является Время.

Из Царства Будущего дорога лежит на Кладбище

Кладбище как кладбище — с могильными плитами, травой и тишиной. В полночь Тильтилю снова предстоит воспользоваться своим алмазом, чтобы увидеть мертвых. Где-то в отдалении часы бьют полночь. Дрожащий от страха, но исполненный решимости пройти и это испытание в поисках Синей Птицы, Тильтиль поворачивает алмаз. Но вместо призрачных фигур мертвецов из разверзнувшихся могил поднимаются снопы цветов.

«Они думали, что безобразные скелеты поднимутся из-под земли и погонятся за ними. Они воображали себе всякие ужасы. И вот в присутствии Истины они увидели, что все, что им рассказывали, враки и что смерти на самом деле нет»27.

В связи с этим вспоминается девиз ЦРУ: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными».

С Кладбища Тильтиль направляется в Лес. В этом путешествии его сопровождают странные создания, наблюдающие за ним с расстояния. Многие из них, особенно Кошка, боятся, что успех Тильтиля принесет им одни только беды. Кошка говорит: «Лучше полагаться только на себя. У нас, кошек, вся подготовка к жизни основывается на подозрительности. И у людей, как я вижу, тоже. Предать можно только тех, кто доверяется. Лучше держать язык за зубами и предавать самой»28.

Эти слова мог бы взять себе в качестве личного девиза любой из тех мрачных типов, что скрываются за кулисами в Тавистоке и ЦРУ, например Джон Ролингс Риз, Эрик Трист, директор ЦРУ Ричард Хелмс и руководитель проекта «МК-УПЬТРА» Сидни Готлиб. Трагически одинокие люди, которые с равным тщанием хранят тайны государства и своей собственной жизни, поскольку их судьбы и судьбы государства зачастую переплетены и нерасторжимы. И вся их подготовка, несомненно, основана на подозрительности.

В сказке «Синяя Птица» Кошка заводит Тильтиля в западню в Лесу, где в окружении зверей и деревьев ему приходится бороться за свою жизнь. В самую последнюю минуту его спасает Душа Света, предупреждающая его, что «в этом мире Человек — один против всех»29.

Наконец, как только рождественским утром часы бьют восемь часов, путешествие заканчивается, и дети чудесным образом оказываются у себя дома. Наступает пробуждение — тема, постоянно звучащая в ЦРУ и Тавистоке. Разумеется, проснувшись, дети узнают, что Синяя Птица все это время была у них дома.

С помощью этой «невинной» детской сказки промы-ватели мозгов из Тавистока отправились на поиски, которые привели к открытию самых глубинных тайн человечества; расследуя универсальные, макрокосмические тайны человеческого разума, они надеются раскрыть вполне конкретные, микрокосмические тайны своих врагов. Что наверху, то и внизу.

Тавистокцы использовали знание методов психического воздействия для разработки и внедрения специальной практической программы. Когда определен невротический портрет индивида, появляется возможность внедрить механизмы «фильтрации» — то же промывание мозгов, но в иной форме, — чтобы выбирать различные невротические типы и помещать их в наиболее благоприятную среду.

Во всех этих тавистокских процессах есть и более глубокая символика. Тильтиль и Митиль были невинными детьми, безупречными с нравственной точки зрения, которые отправились в инициационное путешествие в компании Души Света. Про программистов из «Синей птицы» или позднейшей «МК-УЛЬТРА» едва ли можно сказать что-то подобное. С точки зрения древних мистических религий, которые эти программисты отчасти имитируют, они опустились в глубины первозданного Хаоса, не пройдя период очищения, поэтому их грехи — личные, персональные, конкретные грехи — будут напоминать им о себе в течение многих дней, недель и даже лет, подрывая их репутацию и не позволяя войти во Внутренний Храм.

Таково в общих чертах психопатическое ядро долгосрочных намерений Тавистока. Редактор журнала «Саш-ра1^*пег» Л. Маркус поясняет: «Фашистские "структурные реформы", местное общинное самоуправление и "общественный договор" — все это проявления самоутверждения бессознательной инфантильности в ущерб относительной рациональности прежних социалистических идеалов эго. фашизм — это форма мироустройства, желанная в параноидальных мечтах Ид. И если атомизированный мир индивидов превратить в управляемую среду, согласующуюся с такими "фашистскими структурными реформами", разуму жертвы станет понятно, что наделить человека способностью жить в согласии с такой противоречивой средой может только его потенциальное параноидальное Я»30.

Наиболее очевидной областью применения этой методики промывания мозгов был мир разведки, но на уме у ее создателей были куда более обширные горизонты. После войны эти методы стали внедряться в массы и применяться в отношении обычных людей. В Тавистоке хорошо понимали, что наиболее мощным психоактивным агентом является семья. И чтобы использовать силу семьи в своих интересах, в ход была пущена новая придумка тависток-Цев — «терапевтические группы».

Наиболее выдающуюся роль в практическом применении новой индустриальной психологии играл Джон Ро-лингс Риз. Именно он обнаружил возможность создания нереального мира — социальной группы. Индивид передает свое чувство идентичности группе и подвергается там наиболее сильнодействующим формам внушения. Когда внутреннее чувство реальной идентичности разрушается, человеком можно манипулировать как ребенком.

В статье «Операции низкой интенсивности» М. Мин-ничино поясняет: «Опытный лидер может создать в группе мощную, хоть и искусственную, "семейную" атмосферу. После этого психотерапевт сможет манипулировать членами группы, но не напрямую, а исподволь, например при помощи внушения или через других членов группы. Если убедить члена группы, что она для него как мать родная, то, когда с помощью манипулирования удается повернуть группу против этого человека, он переживает это очень тяжело — как если бы его отвергла родная мать»31.

Риз и тавистокцы, имея огромный опыт групповой психологической работы, хорошо понимали, что манипулирование на основе буржуазного мировосприятия играет фундаментальную роль для контроля над массами. Другими словами, Тавистокский институт искал методы идеологического манипулирования населением. Сначала нужно создать многочисленные социальные группы, затем поместить их в конкурентную среду, чтобы успех одних был возможен исключительно за счет других, и тоща можно будет внедрить саморегулирующийся фашистский социальный порядок. Для этого необходимо лишь атоми-зировать население, то есть, используя весь арсенал социологического и психиатрического оружия, сделать так, чтобы каждый был за себя и против всех остальных: настроить одну расу против другой, каждую языковую группу против всех остальных, «угнетенных» женщин против «угнетателей»-мужчин, еще больше раздробить группы по профессиональной принадлежности и т. д., а также разделить их на небольшие территориальные общины, у каждой из которых есть свои собственные интересы, так чтобы армии в случае чего пришлось иметь дело не более чем с маленьким ядром тех, кто не поддался этой, как правило, весьма эффективной комбинации социологических и психологических методов манипулирования32.

Одно из направлений использования подобных методов промывания мозгов связано с интенсификацией и повышением производительности труда за счет подрыва здоровья трудящихся. Другими словами, Рокфеллер внушает обществу самомотивированное самоуничтожение; его цель — общество зомби с промытыми мозгами, которые довольствуются существованием на грани голода и через садомазохистские акты содомии ввергают себя в кажущийся совершенно иррациональным психотический холокост. Все это базируется на извращенно-дионисийском, бессмысленно-содомическом фанатизме, присущем ризовско-рокфеллеровской модели фашистского общества. «Смысл всего этого в том, чтобы общество смирилось со спиралеобразным снижением уровня жизни и ухудшением условий труда»33.

Это кажется безумием, но у него есть свой метод

Например, в обстановке неуклонного снижения уровня жизни и ухудшения условий труда все больший рост производительности труда внушается трудящимся как групповая цель, зачастую за счет безопасности и физиологического благополучия членов группы. Тем, кто пытается возражать, говорят, что они эгоистично противопоставляют себя коллективу. «Идея заключалась в том, чтобы воссоздать в групповой терапии динамику семейных отношений, или динамику воздействия равных, где заранее предопределенные цели навязываются группе посредством консенсуса, или, говоря языком социальных инженеров, "демократии". Смысл подавления самоидентичности членов группы состоял в том, чтобы индивид полностью отказался от своей независимости в пользу группы и стал более восприимчивым к внушаемым ему предопределенным групповым целям»34. Эти методы играют на чувстве вины и стыда индивида, выполняя одновременно роль кувалды и скальпеля35. Осужденный группой, не знающий иных критериев истины, кроме ее интересов, индивид все больше деградирует и принимает приговор как должное, соглашаясь работать со все большей интенсивностью и производительностью.

Такова злонамеренная, отвратительная сущность «сотрудничества», «качества жизни», «соучастия в принятии решений», «гуманизации» — или какой еще эвфемизм вам по нраву — всего этого мусора, спонсируемого Фондом Форда, который использует в качестве идеологического антиповстанческого оружия протофашистскую концепцию нулевого роста, прикрываясь вывеской «постиндустриального общества».

«Рабский труд и система лагерей смерти были придуманы отнюдь не Гитлером и его приспешниками; это все неотъемлемое проявление фундаментальной политики любой экономики нулевого роста. Невозможно начать политику нулевого роста сегодня и избежать массового геноцида завтра»36.

Более того, идея этих программ возникла еще задолго до возникновения Тавистокского института. Рокфеллер II начал проталкивать коварные планы «человеческого отношения» к трудящимся как средства повышения производительности труда еще в 1916 году, когда выступал на промышленной конференции Юношеской христианской организации, а затем еще и в 1917-м, на конференции в Корнеллском университете. Одно из главных предложений Рокфеллера состояло в «демократическом» распределении среди рабочих акций предприятия, потому что в данном случае «рабочий становится капиталистом в своих собственных глазах и это делает его более консервативным и невосприимчивым к разного рода радикальным идеалам». Одновременно этим стимулируется производительность труда, что и было главной целью.

Сороковые годы стали поворотными в рокфеллеровской стратегии манипулирования поведением и промывания мозгов, которая подразумевала сотрудничество, соучастие, корпоративность между рабочими и нанимателями с целью прибрать к рукам американское и мировое рабочее движение37. За годы войны Рокфеллеру удалось настолько изменить психологию рабочих, что организованное рабочее движение в США полностью перешло под его контроль. Это было достигнуто сразу на нескольких уровнях.

В 1946 году отношения между Ризом, Тавистоком и Рокфеллерами были оформлены в виде «Рокфеллеровского меморандума», в котором бригадный генерал Джон Ролингс Риз показал всю глубину своей рабской преданности «семье» и предложил свои услуги. Фонд Рокфеллера, щедро финансировавший Тависток с 1934 года, с готовностью принял это предложение, и Тавистокская клиника была преобразована в Тавистокский институт человеческих отношений38. В рамках «оперативной научно-исследовательской работы» институт разрабатывал различные программы на национальном и международном уровнях.

Первым делом Рокфеллер собрал ученых, работавших в годы войны на разведывательные службы, и предоставил им работу в институтах труда, финансируемых и поддерживаемых материальными и человеческими ресурсами на средства Фонда Рокфеллера, Национального института психического здоровья, армии, ВМФ, ВВС и крупных коммерческих компаний. Эти институты труда были созданы примерно в одно время с ЦРУ, Объединенным комитетом начальников штабов, Советом национальной безопасности как звенья единой сети, которой Рокфеллер опутал весь мир, когда после войны США сменили Великобританию в роли самой могущественной державы.

Одним из ключевых тавистокских проектов были спонсируемые Рокфеллером институты труда, где такие вопросы, как манипулирование поведением, внутренняя групповая мотивация, коллективный труд, социальная динамика, рост производительности труда, изучались с психологической точки зрения, чтобы использовать их как инструмент манипулирования рабочими с еще не промытыми мозгами.

К середине 1950-х годов в руках Рокфеллера была целая сеть институтов труда, а также контроль над министерством труда, что обеспечивало возможность физического и психологического контроля над всем рабочим движением Соединенных Штатов.

Но самым значительным вкладом Рокфеллера в «рабочее дело» стало полное разрушение рабочего движения и его извращение. Все организации, призванные защищать права трудящихся в США, от Гражданского корпуса охраны окружающей среды до Управления общественных работ, от Национальной гражданской федерации до Американской федерации труда, всегда находились под жестким контролем Рокфеллера и служили его финансовым интересам. Например, Сэмюэл Гомперс, первый президент Американской федерации труда, участвовал в создании Национальной гражданской федерации в первые годы XX века. «Эта организация свято верила в верховенство работодателей и добрую волю капитализма, участвовала в подавлении забастовок, рекрутировала погромщиков и вела борьбу против рабочего класса. В годы Первой мировой войны Гомперс поддержал деятельность Национального совета по разрешению трудовых конфликтов в военное время, который занимался притеснением рабочих. Среди лидеров Национальной гражданской федерации были Марк Ханна из "U.S. Steel" и такие приспешники Рокфеллера, как Чарли Эллиот, член наблюдательного совета Фонда Рокфеллера и президент Гарвардского университета»39. Еще одной подручной организацией Рокфеллера был Организационный комитет работников сталелитейной промышленности, которым руководил Филип Мюррей. Его правой рукой был Клинтон Голден, который в 1947 году вошел в состав редколлегии тавистокского журнала «Human Relations», а в середине 1950-х стал членом правления контролируемого Рокфеллером Фонда Форда.

Еще одним направлением деятельности Рокфеллера стала созданная под эгидой Школы производственных и трудовых отношений Корнеллского университета Коалиция женских профсоюзов, первая конференция которой прошла в 1974 году в Чикаго. Участницы конференции выразили поддержку программе компенсационной дискриминации, благодаря которой женщины получили возможность отнимать рабочие места у мужчин, что явилось еще одним фактором разлада в рабочем движении.

«Три созданных, финансируемых и руководимых Рокфеллером института труда: Тавистокский институт, Институт стратегических исследований и Школа производственных и трудовых отношений Корнеллского университета — это всего три примера из двух или трех сотен учреждений и организаций, созданных им по всему миру после Второй мировой войны. В их число входят Центр по изучению гуманитарных проблем и трудовых отношений и Ассоциация психосоциологических исследований во Франции, Институт промышленных исследований в Бонне и Институт общественных отношений при Объединении германских профсоюзов, Аргентинское общество оперативных исследований, Международный еврейский фонд исследования человеческих отношений в Израиле и многие другие»40.

Список организаций, находящихся под влиянием Рокфеллера, огромен41. «Семье Рокфеллеров издавна принадлежит контроль над Американской медицинской ассоциацией и Американской психиатрической ассоциацией. Посредством ЦРУ Рокфеллеры протянули свои щупальца во все государственные органы; различные правительственные фонды, в том числе военные, используются для разработки и развития методов и технологий промывания мозгов и для расстановки своих и тавистокских протеже на ключевые посты в различных ведомствах и организациях. Например, именно так занял свой пост в Гарварде Б. Ф. Скиннер. Еще один ученик Риза, доктор Кеннет Кларк, пробрался в совет попечителей Университета штата Нью-Йорк, а также на ключевые посты вдохновленного и контролируемого Рокфеллером Фонда Форда. Доктор Натан Клайн, один из опаснейших ризовских преступников, возглавил Роклендскую больницу в штате Нью-Йорк, одновременно сохранив ключевой пост в Нью-Йоркской пресвитерианской больнице при Колумбийском университете, где существуют давние традиции промывания мозгов»42.

Более того, методы ведения переговоров между профсоюзами и нанимателями в Испании, Франции, Германии, США и большинстве других стран Запада взяты прямо из тавистокских учебников. Лидерам профсоюзов было бы очень полезно изучить рокфеллеровско-тавистокскую методику ведения трудовых переговоров. Впрочем, нельзя исключать, что они это все уже изучили. Не потому ли рабочее движение в Испании воспринимается как неудачная шутка? Давайте разбираться.

«Создаваемый профсоюз с самого начала подвергается тщательному изучению. Рокфеллеровские институты труда составляют психологические портреты профсоюза в целом, собирая информацию, рассылая студентов с анкетами, интенсивно расспрашивая профсоюзных лидеров, присутствуя на профсоюзных собраниях и совещаниях, оценивая прошлую деятельность профсоюза (в том числе его отношение к забастовкам), составляя досье на конкретных членов профсоюза. Проводится изучение профсоюза в расовом и этническом разрезах. В отношении каждой этнической группы членов профсоюза, например итальянцев, определяется уровень доходов, квалификации и религиозности, выясняется, есть ли среди них недавние и незаконные иммигранты, устанавливается степень привязанности к определенному месту жительства, к родне и т. д. Затем профсоюз в целом и его подсекции оцениваются с точки зрения их потенциальной реакции на кризисные ситуации, выявляются их психологически слабые места, невротическое чувство вины, идеи и образы, вызывающие особый страх среди членов профсоюза. Собранная информация коварным образом используется СМИ и другими органами рокфеллеровской пропаганды, играя на разного рода бессознательных чувствах и инстинктах, таких как страх белого учителя со средним доходом перед нападением молодых чернокожих хулиганов. Психологи стараются определить, в какой момент тот или иной член профсоюза даст слабину в стрессовой ситуации, что может довести их до паники, насколько они боятся насилия, какая степень внешнего давления необходима, чтобы заставить их сдаться. Рокфеллеровские институты труда проводят от 100 до 200 таких исследований по каждому профсоюзу»43.

Используемая методика взята со страниц «Поведенческой теории трудовых переговоров» («А Behaviour Theory of Labour Negotiations»), написанной Уолтоном и Мак-кензи специально для созданной Рокфеллером Школы производственных и трудовых отношений Корнеллского университета. Вначале профсоюз провоцируют оскорбительно неудовлетворительными предложениями насчет зарплаты и условий труда. Разъяренные члены профсоюза устраивают массовые пикеты. Повсюду мы видим сжатые кулаки и решительные лица. Рокфеллер выжидает несколько дней. К концу третьего дня профсоюзные лидеры уже не мерзнут в пикетах, а проводят время в своих офисах, болтая с друзьями. К концу четвертого дня выкрики протестующих уже и наполовину не столь энергичны, как поначалу, а от решительности на лицах не осталось и следа.

И тут на сцену выходит Тависток. Забастовка будет раздавлена поэтапно.

«Лидеров профсоюза приглашают на переговоры. Их полные психологические портреты уже готовы. На совещаниях, организованных по образцу сеанса групповой психотерапии, о чем лидеры профсоюза даже не догадываются, специалисты по модификации поведения осуществляют психологический зондаж. Большинство профсоюзных лидеров — слабаки и легко под даются манипулированию. Переговорщики и капиталисты хорошо знают, как тяжело приходится рабочим: это и тяготы самой забастовки, и давление СМИ, и нехватка денег. Все это давит на профсоюзных лидеров, и они быстро дают трещину.

Однако переговоры затягиваются, и наступает момент, когда профсоюзные лидеры готовы на любые уступки, лишь бы все это закончилось и они могли вернуться к своим»44.

Но вместо того, чтобы предложить рабочим лучшие условия труда, профсоюзным лидерам начинают объяснять, как им сохранить лицо и представить ситуацию под таким соусом, чтобы рядовые члены профсоюза и подумать не могли, что их обманули. Как это делается? Для профсоюзных лидеров и сопровождающих их лиц организуют курсы ведения переговоров в ближайшем институте труда. Там и происходит модификация поведения. Догадываетесь, кто проводит эти семинары? Ясное дело, рокфеллеровские психологи и их подручные.

Однако проникновение в профсоюзную среду этим не заканчивается. Ключевые агенты-манипуляторы внедряются на ключевые посты, обычно на должности секретаря и юриста.

«Когда наступает очередной срок ведения переговоров по поводу продления контрактов, профсоюзные лидеры уже с самого начала оказываются гораздо более сговорчивыми и зачастую соглашаются подписать контракт еще на стадии предварительных переговоров. Значительно больше внимания требуют рядовые члены профсоюзов. Для подавления воли наиболее активных забастовщиков используются все доступные средства ведения психологической войны, такие как «периоды разрядки» между сеансами переговоров, кампании обливания грязью в прессе, предложения о примирении, не говоря уже о силах правопорядка, только и ждущих приказа Рокфеллера, чтобы сокрушить бунтовщиков»45.