БИБЛИОТЕКА

Просмотров

Website Hit Counters

ФЕНОМЕН КОНЦЕПТУАЛЬНОЙ ВЛАСТИ: СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ

Солонько Игорь Викторович

СОДЕРЖАНИЕ

ГЛАВА 2. ФЕНОМЕН КОНЦЕПТУАЛЬНОЙ ВЛАСТИ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗИРУЮЩЕГОСЯ МИРА

2.1. КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ВЛАСТЬ И ЕЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ЦИВИЛИЗАЦИОННЫМИ ПРОЦЕССАМИ

Монография - Феномен концептуальной власти: социально-философский анализАнтичный историк Плутарх 237, который также был верховным жрецом Дельфийского оракула храма Аполлона, говорил: «Ты правишь, но и тобой правят!» Этим утверждением он обращал внимание на тот факт, что феномен власти в жизни общества — один из самых сложных; власть многоуровневая, она проявляет себя в различных формах.

 

Многие отечественные и западные исследователи на протяжении длительного периода указывали на наличие в жизни общества такого вида власти, как надгосударственное цивилизационное управление, но называли и трактовали это явление каждый по-своему238. Так, например, Иван Александрович Илвин (один из выдающихся мыслителей русской философии периода ее развития в эмиграции) неоднократно239 подчеркивал значение некоей скрытой силы, направленной против исторической России, называя ее «мировой закулисой». Сегодня эта сила находит воплощение в стратегии глобализации. Илвин прозорливо отмечал, что все планы расчленения России вместе с тем связаны с паневропейским объединением, чему свидетелями мы являемся на рубеже ХХ — ХХ1 вв.

237 См.: Плутарх. Избранные жизнеописания: В 2 т. — Т. 1 — 2. — М.: Правда, 1990.

238 См.: Солонько И. В. Концептуальная власть: содержательные характеристики / И. В. Солонько // Вестник ЛГУ им. А. С. Пушкина: науч. журн.: серия «Философия». — 2010. — № 3. — Т. 2. — С. 162—172.

239 См.: Ильин И. А. Наши задачи. Историческая судьба и будущее России. Статьи 1948 — 1954 гг.: В 2 т. — Т. 1. — М., 1992 и др.


 

А. С. Шмаков, еще в 1912 году издавший книгу «Международное тайное правительство», призывал общество к более глубокому изучению и оценке социальных трансформаций. Он писал: «Религиозные, политические и Социальные перевороты на обоих полушариях чаще всего зависели от сокровенных причин, разыскание которых только и может объяснить данное положение вещей. Теперь же решительно нельзя отличать следующего: внизу истории внешней и, так сказать, поверхностной, существует другая — подземная — история» 240. Другой русский исследователь Н. Н. Беклемишев в своей книге «Незримая Империя» в 1914 году писал: «Они не только связаны между собой дружескими отношениями, но они так сплотились родственными узами, общими выгодами и деловыми интересами, что нужно только чуточку воображения, чтобы видеть одну сплоченную группу, синдикат, династии или империю — „Незримую империю финансов"»241.

 

Известный английский ученый А. Дж. Тойнби в своей цивилизационной парадигме выдвинул концепцию «вызов — ответ», придавая важное значение так называемому творческому меньшинству: «В случае, если „ответ" не найден, в социальном организме возникают аномалии, которые, накапливаясь, приводят к „надлому", а затем и к Дальнейшему „распаду". Выработка адекватной реакции на изменение ситуации есть

240 Шмаков А. С. Международное тайное правительство: дополненное и переработанное исследование по схеме речи, произнесенной на VII съезде Объединенных Дворянских Обществ А. С. Шмаковым как уполномоченным Московского Дворянства. — М.: Городская Типография, 1912. — С. 457.

241 См.: Беклемишев Н. Н. «Незримая империя» и современное понимание надгосударственного управления. — СПб.: С. Ф ИНЭС, 1998.


Социальная функция так называемого творческого меньшинства, которое выдвигает новые идеи и самоотверженно проводит их в жизнь, увлекая за собой остальных» 242.

Выдающийся западный философ Б. Рассел243 писал, что существует наиболее опасная форма власти — теневая: власть льстецов, интриганов, доносчиков и людей, стоящих в тени, но держащих в своих руках нити управления. Наличие такой власти пагубно отражается на обществе. Даже в современных формах государственной власти «теневые» индивидуумы располагают реальной властью именно в тех секторах, которые обычному человеку представляются окутанными тайной. Наиболее важные из них — финансы и внешняя политика. Документы и материалы, удостоверяющие их колоссальную власть, скрыты и не предаются огласке. Современный отечественный исследователь Н. И. Сенченко логично отмечает: «Скрытый характер тайных обществ делает любую попытку обнаружить абсолютные доказательства их методов и окончательных целей почти невозможной. Точно так же, как в юридических структурах при расследовании преступлений следователи часто должны искать образцы поведения и личных связей между людьми и организациями, так и нам необходимо внимательно изучить весь комплекс проблем во избежание ложных умозаключений. Много исторической информации является не полной или искаженной летописцами того времени» 244.

242 Тойнби А. Дж. Исследование истории: В 3 т. Т. 1 / пер. с англ., вступ. статья и коммент. К. Я. Кожурина. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та: «Издательство Олега Абышко», 2006. — С. 24.

243 Russel B. Power: A New Social Analysis. — London, 1985. — P. 33-34.

244 См.: Сенченко Н. И. Кто делает мировую политику? — М.: Эксмо: Алгоритм, 2010. — С. 96.


Дэвид Кортен справедливо замечает, что крупнейшие транснациональные корпорации уже не только стали субъектами глобальной политики, но и по своему влиянию превосходят государственную власть многих национальных правительств: «Корпорации выросли в доминирующие институты управления на нашей планете, причем самые крупные из них распространили свое влияние практически на все страны мира и превосходят по размеру и власти многие правительства. Всё в большей степени именно корпоративные интересы, а не человеческие, определяют политическую повестку дня государств и международных организаций, хотя эта реальность и ее последствия остаются в основном незамеченными и нерешенными» 245. На наш взгляд, важно заметить, что любая ТНК подконтрольна узкой властной группировке, а абстрактные «корпоративные интересы» в такой трактовке скрывают конкретные цели концептуальной власти.

Сторонники 246 так называемой теории заговора объясняют феномен глобального управления исключительно масонскими структурами, делая основной упор на скрытности действий их всепроникающей агентуры. Так, например, известный американский исследователь доктор Ральф Эпперсон уверен: «Заговор тайных обществ существует в действительности, чрезвычайно велик по масштабам, глубоко защищен и поэтому исключительно могущественен...

245 Кортен Д. Когда корпорации правят миром / Д. Кортен. — СПб.: Агенство «ВиТ-принт», 2002. — С. 55.

246 См.: Колеман Д., Платонов О. А., Байджент М., Лей Р., Линкольн Г., Селянинов А., Зафесов Г. Р., Королев В. И., Аврех А. Я., Боголюбов Н., Замойский Л., Саттон Э. и др.


Неизменной целью заговора является разрушение всей религии, всех существующих правительств и всех традиционных человеческих учреждений и построение на этих обломках, созданных им же, Нового мирового порядка (от англ. new world order)»247. Другой американский исследователь надгосударственного управления Э. Саттон пишет: «Мы утверждаем, что современная ситуация в мире преднамеренно создана этой властной элитой (масонами) путем манипуляций „правыми" и „левыми" элементами. Наиболее мощная из этих мировых элит в течение 100 лет создала как „правые", так и „левые" элементы с целью создания в конечном итоге Нового Мирового Порядка»248. Известный историк С. Сора утверждает: «Историю цивилизации с самого ее начала формируют элиты и тайные общества. С. времен крестовых походов и вплоть до XXI столетия горстка семейств управляет ходом событий во всем мире и совместными усилиями, а также с помощью межродственных браков укрепляет свое положение и благосостояние»249. Более адекватная трактовка надгосударственного управления представлена исследованиями бывшего сотрудника британских спецслужб доктором Д. Колеманом250. Он уверен в реальности «злого умысла», воплощенного в глобальном уровне планирования и управления социальными, политическими и государственными процессами в масштабах всего мира. Глобальным организационным механизмом, инструментом осуществления замыслов достижения тотального контроля над обществом в целом и над сознанием отдельных людей, по мнению Колемана, является Комитет 300 как современная организационная форма мирового правительства.

247 Эпперсон Р. Невидимая рука: Введение во взгляд на историю как на заговор. Перевод 13-го издания. — СПб.: Образование — Культура, 1996. — С. 11.

248 Саттон Э. Как Орден организует войны и революции. — М., 1995. — С. 20.

249 Сора С. Тайные общества, которые правят миром. Пер. с англ. Ю. Яблокова. — М.: АСТ, 2009. — С. 9.

250 См.: Колеман Д. Комитет 300: Тайны мирового правительства. — М.: Витязь, 2000.


Однако, на наш взгляд, глобальный уровень исследования проблемы остался недостаточно глубоко и системно рассмотрен, так как за Комитетом 300 и другими подобными реальными структурами стоит феномен концептуальной власти, который не привязан к преходящим формам и организационным структурам. Для концептуальной власти эти организации, формальные и неформальные объединения являются не более чем удобной ширмой для воплощения своих скрытых от общества замыслов. Эффективность и устойчивость этого властного социального института, как показывает история, состоит как раз в его способности легко менять формы Применительно к конкретным жизненным, социально-историческим и иным условиям, не меняя сути своей деятельности, сконцентрированной в концепции глобализации. По нашему мнению, властная элита и масонство в большинстве случаев не являются синонимами, так как Большая часть масонских орденских структур представляют собой только исполнительные структуры концептуальной власти, т. е. ее периферию. Сама по себе так называемая теория заговора несостоятельна в силу того, что она только публицистически объясняет причины глобальных социально-политических и экономических проблем, но совсем не предлагает научных подходов для их решения. Общеизвестно, что обыденное знание предшествует знанию научному, но таковым не является. Это в полной мере применимо к «теории заговора» как формы обыденного, не научного знания. Хотя нужно в то же время отметить, что эта «теория» способна привлечь внимание к феномену концептуальной власти.

Современные отечественные исследователи В. А. Лисичкин и Л. А. Шелепин считают, что «в настоящее время создана всемирная пирамида власти — сложная глобальная система управления.

Наверху этой пирамиды имеется сетевая структура, которая осуществляет функции мирового правительства. Она не совпадает с формальной властью и стоит над президентом США. Люди, входящие в эту негласную структуру и осуществляющие теневую власть, в частности, информационные и финансовые олигархи, повязаны друг с другом неформальными связями, и от них во многом зависит судьба цивилизации» 251.

Другой современный отечественный исследователь В. Б. Павленко252 развивает теорию глобального управления и рассматривает его периодизацию. С помощью институционального подхода Павленко, как и другие исследо-ватели253, рассматривает центры глобального управления не только как легальные (государственные и международные) институты-учреждения, но и как неправительственные латентные и тайные институты-функции. Неразрывность их деятельности распространяется на оба взаимосвязанных аспекта глобального управления — цивилизационный и геополитический (геоэкономический). В качестве субъекта глобального управления он определяет глобальную (мировую) элиту как продукт интеграции британской и континентально-европейской аристократий с политическими и деловыми элитами «глобального центра» и других западных и незападных государств.

251 Лисичкин В. А., Шелепин Л. А. Глобальная империя Зла. — М.: Крымский мост — 9Д, 2001. — С. 130.

252 См.: Павленко В. Б. Глобальное управление: генезис, периодизация, структуры. — М.: Изд. ИСПРАН, 2006; Павленко В. Б. Кризис глобального управления и попытки его разрешения за счет России. — М.: Изд. ИСПРАН, 2005; Павленко В. Б. Глобальные проекты: теория и практика. Исторический и современный аспекты. — М.: Изд. «РАУ Университет», 2007.

253 Аверьянов Ю. И. — ред. Политология. Энциклопедический словарь. — М., 1993. — С. 122; Вебер А. Б. Глобализация и устойчивое развитие: проблемное поле и возможные сценарии; Тимофеев Т. Т. — ред. Дилеммы глобализации. Социумы и цивилизации: иллюзии и риски. // М., 2002. — С. 287 — 289; Оганисьян Ю. С. Глобализм и новые угрозы цивилизации. — Там же. — С. 353.


На наш взгляд, данная теория ближе к авторской позиции, так как она рассматривает надгосударственное цивилизационное управление более системно, но не в полной мере характеризует это явление с точки зрения теории управления.

По нашему мнению, более соответствующую современным реалиям концепцию «глобальной» (т. е. локальной по месту, но глобальной по влиянию) управленческой парадигмы приводят отечественные исследователи Дипломатической академии МИД РФ В. И. Анненков, В. Б. Лаптев, Н. А. Сергеев. Они пишут, что «реальная политическая власть принадлежит теневым негосударственным акторам международной политики, а ответственность перед населением страны несет утратившее ее национальное правительство. Национальное правительство перестает полностью контролироваться „национальным обществом", его избравшим. Между „национальным государством" и „национальным обществом" возникает негосударственный транснациональный посредник (ТНК), от которого зависит как приход того или иного политика к власти и успешность его правления, так и качество жизни общества в целом. Именно в пользу этого невидимого (теневого) посредника национальное государство и национальное общество отказываются от принадлежащих им по праву властных полномочий» 254. Необходимо заметить, что отождествление «негосударственного транснационального посредника» и ТНК не совсем корректное, так как сами ТНК — это исполнительные структуры концептуальной власти, как и всевозможные масонские ордена.

254 Анненков В. И., Лаптев В. Б., Сергеев Н. А. Национальная безопасность России (геополитические и военно-политические аспекты). — М.: Дипломатическая академия МИД РФ, 2005. — С. 258-259.


Разница между их предназначением состоит в том, что ТНК специализируются в основном на экономическом внешнем давлении на национальные правительства, а масонские структуры, как правило, скрытно лоббируют политические интересы изнутри национальных правительств. По нашему мнению, координация деятельности национальных правительств, всевозможных масонских орденов и ТНК в целях конкретных сценариев глобализации — это и есть функция концептуальной власти.

Известный русский философ и политолог Александр Сергеевич Панарин, исследуя проблемы глобализации, указывал на международные центры власти, называя субъектов глобальной политики глобалистами: «Усилиями глобалистов, вопреки их либеральной риторике, конструируется мир экономического и политического монополизма, в котором нормальная соревновательность и партнерство подменены делением на расу господ и расу неприкасаемых, на „золотой миллиард" и бесправную периферию» 255.

Панарин четко различал государственное и надгосударственное управление: «Современные элиты представляют собой нечто вроде замкнутого международного клуба со своей корпоративной этикой, ничего общего не имеющей с обычной гражданской и политической этикой, обязывающей служить своей стране, своему народу и государству. И поскольку народам это вряд ли может понравиться, то идеология современного глобализма неизбежно включает некий скрытый подтекст, некую эзотерику, чем-то напоминающую учение прежних гностических сект. Глобальный гнозис имеет двойное дно. Внешняя сторона его отражает все прежние штампы эпохи модерна — прогресс, всеобщее благоденствие, права человека.

255 Панарин А. С. Агенты глобализма. — М., 2003. — С. 7.


Внутренняя, выражаемая тайным языком элиты, понятным только посвященным, будучи раскрытой, способна вызвать настоящее смятение сознания» 256. В данном контексте эпоха модерна — это синоним индустриального общества с его набором социокультурных ценностей: прав человека, демократией, гражданским обществом и т. д. Однако современный социальный мир — это постиндустриализм, а его идеология — глобализм и постмодернизм, о котором мы говорили несколько ранее.

Известный американский политолог Джозеф Най257, профессор (бывший председатель Национального совета по разведке и замминистра обороны США), выделяет три властных способа, с помощью которых можно добиваться желаемых целей от других людей или других государств: «Во-первых, принуждать их выполнять наши указания; во-вторых, покупать их согласие вести себя желаемым для нас образом; в-третьих, добиваться того, чтобы они сами стремились сделать то, чего мы от них хотим». Последнее возможно, считает Най, если «наши цели кажутся окружающим привлекательными». Эту способность достичь желаемого через привлекательность Най обозначает термином soft power («мягкая или гибкая власть»). Данный термин можно рассматривать как одно из проявлений сущности и содержания феномена «концептуальная власть». «Мягкая (гибкая)» власть, по мнению американского автора, является одним из инструментов институционализации мирового порядка на основе определенных, выгодных властному субъекту ценностей.

256 Там же. — С. 6.

257 См.: Най Дж. С. Гибкая власть: как добиться успеха в мировой политике / пер. с англ. В. И. Супруна. — М.: Изд-во «Фонд социо-прогностических исследований „Тренды"»,2006.


Дэвид Рокфеллер в своем выступлении в июне 1991 года на заседании Бильдербергского клуба откровенно заметил: «Мы очень признательны руководителям средств массовой информации и крупных журналов, которые ранее принимали участие в наших встречах, за то, что они в течение 40 лет соблюдали предельную осторожность относительно освещения нашей деятельности. Фактически в противном случае мы просто не смогли бы в течение всех этих лет осуществлять наши проекты, если бы на нас было сосредоточено пристальное внимание общественного мнения. Но мир сегодня более совершенен и более предрасположен к созданию единого мирового правительства... Сверх-национальная власть интеллектуальной элиты и мировых банкиров более предпочтительна, нежели право народов на самоопределение, которому мы следовали в течение веков» 258.

Александр Александрович Игнатов, генеральный директор информационного аналитического агентства при Управлении делами Президента РФ, как и многие другие исследователи, называет феномен надгосударственного цивилизационного управления Мировым правительством: «Препятствием на пути нашей страны в число лидеров глобализации следует считать и неконструктивную позицию Мирового правительства. Выдвинув теорию „золотого миллиарда", Мировое правительство искусственно ограничило число людей и стран, которые имеют право на участие в глобализационных процессах на лидирующих ролях.

258 Рокфеллер Д. Выступление на заседании Бильдербергского клуба в июне 1991 года [Электронный ресурс] / Режим доступа: http://www.anti-glob.ru/st/geopol.htm, свободный. — Загл. с экрана.


Россия, по мнению хасидско-парамасонской группы, не должна входить в число таких лидеров и рассматривается исключительно как источник сырьевых ресурсов для „Нового Мирового Порядка"»259.

Авторской позиции при рассмотрении явления надгосударственного цивилизационного управления обществом наиболее близок системный, целостный подход, изложенный в Концепции общественной безопасности260, которая трактует этот феномен как концептуальную власть. Авторы концепции пишут: «Она обеспечивает функционирование общества по полной функции управления. Она распознает факторы, воздействующие на общество, формирует векторы цели и концепции управления, достижения цели. Эта власть автократична по своей природе и игнорирует демократические процедуры общества, не желающего признавать ее автократию» 261. По нашему мнению, именно такая трактовка позволяет со строго научной точки зрения, с позиции методологии социальной философии раскрыть данный феномен наиболее полно и системно с учетом способов, средств и функций, которые имманентно присущи системе надгосударственного цивилизационного управления обществом.

259 Игнатов А. А. Стратегия «глобализационного лидерства» для России: Первоочередные непрямые стратегические действия по обеспечению национальной безопасности // «Независимая газета» 07.09.2000 г.

260 См.: Концепция общественной безопасности // Журнал «Бизнес и учет в России». — 1994. — № 5 — 6. — С. 2—47; Концепция общественной безопасности // Журнал «Национальная безопасность и геополитика России». — 1999. — № 9; «Краткий курс...» Концепция общественной безопасности [Электронный ресурс] / — Загл. с экрана; и др.

261 Парламентские слушания по теме: «Концепция общественной безопасности» //Думский вестник. — 1996. — № 1 (16). — С. 128.