БИБЛИОТЕКА

Просмотров

Website Hit Counters

ЭФФЕКТЫ СЛАБЫХ ВОЗДЕЙСТВИЙ

Эффекты слабых воздействий.
 Ю.
 П.
 Чукова В книге рассмотрены вопросы классификации сильных, слабых и сверхслабых взаимодействий с точки зрения сути протекающих в объектах живой природы процессов. Указаны два возможных определения слабых взаимодействий и отдано предпочтение тому, при котором слабым взаимодействием считаются лишь изотермические эндоэргические процессы, а сверхслабыми взаимодействиями - экзоэргические процессы. Показано, что проблема нормирования вредного действия радиочастотного излучения приведёт к разработке новых методик постановки и проведения эксперимента, которая может быть использована для изучения парапсихологических феноменов.

 

Термодинамический метод, привлеченный автором для их рассмотрения, не только позволил сформулировать научные принципы гигиенического нормирования вредного действия электромагнитного излучения, но и помог выявить и понять некоторые основные законы существования Жизни на Земле и открыть новые ресурсы ее сохранения.

МОБИЛЬНЫЙ ПРИГОВОР

Слабые взаимодействия: нормирование вредного действия и парапсихологические феномены (общность научной проблемы)

В работе рассмотрены вопросы классификации сильных, слабых и сверхслабых взаимодействий с точки зрения сути протекающих в объектах живой природы процессов. Указаны два возможных определения слабых взаимодействий и отдано предпочтение тому, при котором слабым взаимодействием считаются лишь изотермические эндоэргические процессы, а сверхслабыми взаимодействиями - экзоэргические процессы. Показано, что проблема нормирования вредного действия радиочастотного излучения приведёт к разработке новых методик постановки и проведения эксперимента, которая может быть использована для изучения парапсихологических феноменов.

Терминология и постановка вопроса

 

В последние годы проблема слабых взаимодействий становится очень актуальной, о чём свидетельствуют многочисленные российские и международные конференции: Международный конгресс по сверхслабым дозам (Франция, Бордо,1990), Всесоюзное совещание "Изучение слабых химических и физических воздействий на биологические системы" (СССР, Черноголовка, 1990), Биологические эффекты при воздействии малых уровней химических веществ и радиации (США,1991), 1-ый Международный симпозиум "Механизмы действия сверхмалых доз" (Россия, Москва,1992), Биологические эффекты низких уровней воздействия (США, Вашингтон,1993), 2-ая Копенгагенская конференция по электромагнитной сверхчувствительности (Дания, 1995), 2-ой Международный симпозиум "Механизм действия сверхмалых доз" (Москва, 1995), 2-ой Международный семинар "Биологические эффекты нетепловых уровней модулированных ЭМП и повреждение организма" (Германия, 1996), Российская конференция "Проблемы электромагнитной безопасности человека. Фундаментальные и прикладные исследования" (Москва,1996), 1-ый Международный конгресс "Слабые и сверхслабые поля и излучения в биологии и медицине" (Россия, С.-Петербург, 1997), Международный симпозиум “Электромагнитные поля в биосистемах” (Чехия, Прага, 1998). Если к этому добавить, что в Звенигороде систематически по нечётным годам уже более десяти лет под руководством академика Н.Д.Девяткова и проф. О.В.Бецкого проходят семинары по нетепловым эффектам миллиметрового излучения с последующей публикацией трудов [1-3], а с 1998 г. начал выходить журнал “Биомедицинская радиоэлектроника”, ориентированный в первую очередь на эти проблемы, то картина будет если и не полной, то, во всяком случае, как теперь говорят, презентативной.

Уникальной особенностью текущего момента является интуитивное понимание учёными-экспериментаторами того, что научные корни слабых взаимодействий, изучаемых разными науками (физикой, химией, биологией, медициной и т.д.) очень близки [4]. Но в зависимости от того, представители какой науки проводят эксперименты по изучению слабых взаимодействий, постановка эксперимента и попытки его интерпретации выглядят различно.

 

Начнём с медицинских исследований. В последнее время на медицинских конференциях можно было услышать выражение "эффект нулевого действия". Происхождение его иллюстрирует Рис.1, на котором по оси абсцисс отложена величина внешнего воздействия, а по оси ординат - величина изучаемого эффекта. Следует подчеркнуть, что медики, изучая те или иные воздействия на человека, обычно имеют дело с малым диапазоном изменения параметров, поэтому они, представляя результаты графически, пользуются только линейный масштабом, как на Рис.1. В подтверждение сказанного напомним, что едва ли не основная характеристика человеческого тела - температура - имеет очень узкий диапазон изменения (менее 10 градусов). То же самое можно сказать и про изменение других параметров тела человека, поэтому у медиков нет надобности в использовании какого-то иного масштаба, кроме линейного. Общий вид зависимости эффекта, часто называемого тестом, от величины воздействия - монотонная кривая. Обычно это линейная зависимость (сплошная линия) или близкие к ней сверхлинейная (штрих-пунктир) и сублинейная (пунктир) зависимости. По мере уменьшения воздействия величина эффекта убывает, но... Именно в последние годы было обнаружено, что если взять совсем слабое воздействие, которое на приведённом рисунке располагается практически в нулевой точке, то можно (к величайшему изумлению!) наблюдать эффект существенно отличный от нулевого. И что ещё более удивительно, дальнейшее уменьшение воздействия не уменьшает эффекта, а увеличивает его, так что в итоге так называемый "эффект нулевого воздействия" по величине может быть сравним с эффектами самого сильного воздействия. Графически это отображено крестиком на оси ординат. У этого феномена объяснение до чрезвычайности простое. Мы дадим его на примере физического воздействия, а именно воздействия электромагнитного излучения.

Термин "электромагнитное излучение" охватывает огромный диапазон частот (Рис.2) и интенсивностей. Сюда входят наиболее изученное видимое излучение, прилегающие к нему с обеих сторон инфракрасное и ультрафиолетовое излучение, а кроме того гораздо хуже изученные рентген и g - излучение в области высоких частот и много диапазонов радиочастотного излучения в области низких частот. В итоге ширина частотного диапазона всего спектра электромагнитного излучения превышает 20 порядков величины. На этой частотной шкале изученное видимое излучение занимает менее половины одного порядка.

На рисунке приняты обозначения: Т - температура объекта, k - постоянная Больцмана, h - постоянная Планка, n - частота. Столь же велики изменения интенсивности электромагнитного излучения, задаваемые в первую очередь излучением Солнца. Для некоторых наиболее изученных процессов (зрение человека, фотосинтез растений и водорослей, фотодвижение простейших организмов) диапазоны существования этих эффектов приведены в таблице 1 [5]. Когда экспериментатор работает с широким диапазоном изменения воздействующего на организм параметра, он уже не может пользоваться линейным масштабом, а вынужден пользоваться логарифмическим масштабом. Если данные Рис.1 изобразить в логарифмическом масштабе, то нулевая точка развернётся на оси абсцисс в участок более протяжённый, чем весь интервал, представленный на Рис.1, и тогда экспериментатор уже не сможет назвать наблюдаемый эффект "эффектом нулевого действия", а будет характеризовать его конкретным значением величины воздействия. Итак, выражение "эффекты нулевого действия" в ближайшее время по мере роста квалификации экспериментаторов будет исчезать из обращения.

Что касается выражения "слабые взаимодействия", то здесь ситуация гораздо более сложная. Следует напомнить, что кроме этого выражения существует ещё выражение "сверхслабые взаимодействия" [4]. Их используют в своих работах самые серьёзные учёные, причём как физики, так и химики. Оставив в стороне химические эксперименты, поясним ситуацию на примере электромагнитного излучения.

Эффекты воздействия электромагнитного излучения на живые объекты изучаются около ста лет, но полностью изученными следует считать лишь тепловые эффекты электромагнитного излучения. Эти эффекты возникают при поглощении большого количества электромагнитной энергии, способного вызвать местный или общий разогрев объекта исследования. Такое воздействие считается (и совершенно справедливо считается!) сильным воздействием. Именно оно положено в основу нормирования вредного действия. Суть принципа нормирования вредного действия проста и зиждется на двух понятиях: доза абсолютно смертельная (доза летальная абсолютная) и доза недействующая. Рис.3. поясняет сказанное.

В настоящее время основные работы гигиенистов (а именно они разрабатывают нормативы вредного действия) и научные дебаты в этой области связаны с видом линии, характеризующей зависимость эффекта от величины воздействия, ибо она может быть не только линейной, как показано на Рис.3, но и сублинейной и сверхлинейной, как показано на Рис.1. Различия нормативов разных стран вызваны тем, что само значение норматива определяется произвольно, важно только чтобы оно было меньше, чем доза недействующая. А то, насколько оно должно быть меньше, задаётся произвольно. Обычно оно меньше в несколько раз.

Все исследования прошлых лет, связанные с установлением нормативов, и стало быть изучавшие воздействия на участке, лежащем слева от дозы недействующей, говорили о надёжном отсутствии эффектов. Но ситуация осложнилась с момента появления "эффектов нулевого воздействия". Их появление известило о начале нового крупного шага вперёд в исследовании процессов взаимодействия электромагнитного излучения с веществом и обещает самые радикальные изменения в области наших представлений о вредном действии как физических, так и химических факторов.

Суть этих радикальных изменений физикам-теоретикам известна уже не один год, ибо термодинамическая теория взаимодействия электромагнитного излучения с живыми и неживыми объектами начала своё интенсивное развитие в середине века, а к концу века сумела ответить на многие неясные для экспериментаторов вопросы. В следующем разделе будут рассмотрены некоторые выводы этой теории, важные с точки зрения глобальных подходов к пониманию осмысленного нормирования эффектов вредного действия и парапсихологических эффектов.

Итоги теоретического рассмотрения. Классификация процессов и подходы к нормированию вредного действия.

Процессы в живых системах крайне редко рассматриваются теоретически, но если и рассматриваются, то применительно к каким-то отдельным весьма специфическим явлениям (а в живой природе каждый организм и каждое явление специфичны !), наверное именно поэтому попытка самого общего термодинамического рассмотрения систем, взаимодействующих с излучением, позволила пролить свет сразу на многие непонятные явления и ситуации в биологии и медицине.

Самым общим теоретическим методом была рассмотрена открытая система, т.е. система, обменивающаяся с окружающей средой энергией и материей (Рис.4). На Рис.4 указаны все потоки энергии и вещества, подводимые к системе и отводимые от неё: Uр - поток внутренней энергии реагентов, подводимых к системе, Uп - поток внутренней энергии продуктов, отводимых от системы, Wa - мощность поглощённого электромагнитного излучения, Wл - мощность переизлучённого электромагнитного излучения (люминесценция), Q - тепловой поток от объекта с температурой Т.

Рассматриваемая система имеет столь общий вид, что годится для описания широкого круга химических реакций и живых систем. Поскольку рассмотрение проводится методами термодинамики необратимых процессов, то в рассмотрение включены все потоки энтропии S, соответствующие вышеперечисленным потокам энергии. Положенная в основу рассмотрения модель чёрного ящика очень хороша для любых сложных систем, каковыми являются все живые существа. Из Рис.4 видно, что существуют три пути преобразования энергии электромагнитного излучения. Первый путь - это преобразование в другой вид электромагнитного излучения. Этот тип преобразований интересно изучать с точки зрения диагностики протекающих в системе процессов. Второй путь преобразования - преобразование электромагнитного излучения в энергию химических связей, а более конкретно в свободную энергию Гельмгольца. Именно это преобразование энергии составляет суть процессов жизнедеятельности живых существ. Третий путь преобразования энергии - это сброс электромагнитной энергии в тепло. Этот путь преобразований присутствует и при первом и при втором путях, составляя паразитное поглощение. Иногда оно становится преобладающим, тогда его интересно изучать как проблему вредного воздействия на организм.

Мы здесь не будем писать термодинамических уравнений: они опубликованы ранее и с ними при желании можно познакомиться [6-8], а обсудим конечные результаты термодинамического рассмотрения, которые имеют прямое отношение к рассматриваемой проблеме.

В статье [5] были даны самые общие характеристики эффективности изотермических (эндоэргических и экзоэргических) процессов, протекающих в живых системах. Следует подчеркнуть, что изотермичность - главный признак многих нормально функционирующих живых систем, которая нарушается лишь при условиях, угрожающих самому существованию человека и многих других теплокровных организмов. Основной особенностью эндоэргических изотермических процессов является их немонотонность. Монотонное возрастание эффекта наблюдается только при условиях (как говорят специалисты в области термодинамики) слабого отклонения системы от равновесия. В этом случае процессы линейны, и линейно с ростом поглощённой энергии возрастает скорость генерации энтропии, которая определяет величину поглощённой энергии, сбрасываемой в тепло, т.е. пропадающей бесполезно для процессов жизнедеятельности. При условиях малого отклонения от равновесия сохраняется постоянство отношения долей полезно используемой энергии и энергии, сброшенной в тепло. Однако по мере роста поглощённой энергии наступает ситуация, когда постоянство деления поглощённой энергии между полезно используемой и сброшенной в тепло, изменяется не в пользу процессов жизнедеятельности, а в пользу сброса в тепло. Тогда эффективность соответствующего процесса жизнедеятельности убывает и может вообще стать равной нулю, но зато накапливающееся тепло даст результирующий разогрев. Тогда на смену изотермическим процессам приходят тепловые процессы. Если на оси поглощённой энергии (в логарифмическом масштабе !) изобразить одновременно и тепловые и изотермические процессы, что ранее было сделано лишь в работах Ю.П. Чуковой [36,9], то получится следующая картина взаимного расположения процессов (Рис.5). Таким образом, величина поглощённой биообъектом энергии задаёт тип протекающего процесса! И что особенно важно, два типа возможных изотермических процессов (эндоэргические и экзоэргические) тоже вполне закономерно расположены на оси энергии: экзоэргические процессы предшествуют эндоэргическим. Этот рисунок можно использовать для разграничения сферы применимости двух терминов: нетепловые и изотермические. Сейчас эти термины используются как эквивалентные, но в действительности они таковыми не являются. Как ясно из [5], изотермическим процесс является до тех пор, пока сохраняется постоянным отношение доли поглощённой энергии, идущей на процесс жизнедеятельности, к доли, сбрасываемой в тепло. А это значит, что после прохождения максимума эндоэргического процесса, изотермичность теряется. Система не успевает рассеивать тепло в окружающее пространство, вследствие чего начинается её медленный разогрев. Он соответствует условию, когда скорость генерации энтропии в системе возрастает сверхлинейно. Тот диапазон внешнего воздействия, когда имеет место падение эффективности эндоэргического преобразования энергии, характеризует процесс нетепловой, но уже неизотермический. Таким образом, понятие “нетепловой” является более широким, чем понятие “изотермический”.

С точки зрения проблемы слабых взаимодействий Рис.5 интересен прежде всего как подход к возможности строгого определения термина "слабые взаимодействия". Если тепловые процессы определить как сильные взаимодействия, то все остальные процессы могут быть названы слабыми взаимодействиями. Таков один способ определения слабых воздействий, и, возможно, не самый лучший.

Наличие максимума на кривой эффективности эндоэргических процессов говорит о том, что возрастающая роль сброса энергии в тепло выявляется много раньше, чем начинается фиксируемый экспериментатором заметный нагрев живой ткани, принципиально вредный для протекания полезных процессов жизнедеятельности, поэтому возможен второй подход к определению слабых и сильных взаимодействий, при котором сильными воздействиями можно считать все воздействия, лежащие в области после максимума эффективности эндоэргических процессов, а не только чисто тепловые процессы, т.е. все процессы, в которых сброс поглощённой энергии в тепло становится преобладающим. Слабыми взаимодействиями при этом оказываются лишь изотермические эндоэргические процессы. И, наконец, с этих позиций определение сверхслабых взаимодействий получается само собой: таковыми можно считать только экзоэргические процессы.

Эти подходы к определению слабых и сверхслабых воздействий очевидны только для специалистов в области термодинамики, а для других специалистов они не очевидны. Точнее сказать, другие специалисты о них просто не подозревают, поэтому у экспериментаторов, которые сейчас исследуют проблему, такой взгляд вовсе отсутствует. Экспериментатор в своей работе опирается на работы предшественников и по отношению к ним квалифицирует используемое им воздействие как слабое, если оно меньше тех, которые были изучены до него. Иногда он квалифицирует воздействие как сверхслабое, когда оно по величине много меньше ранее изученных. Экспериментаторы в настоящее время название процесса привязывают только к фактическим числам, характеризующим воздействие, а не к сути протекающих процессов потому, что суть их в большинстве случаев пока что просто неизвестна.

Предлагаемая в данной работе классификация процессов может быть воспринята экспериментаторами и начнёт ими использоваться на практике только тогда, когда их исследования будут близки к завершению, и будет достигнута некоторая отчётливость в понимании сути протекающих процессов, но сейчас экспериментаторы находятся недалеко от линии старта и весьма далеко от линии финиша. Можно думать, что путь от старта до финиша займёт если не весь ХХI век, то значительную часть его. В этом аспекте своевременное знакомство экспериментаторов с термодинамической теорией должно быть весьма полезным, так как поможет им с иных высот взглянуть на наблюдаемые эффекты. Мы же это сделаем сейчас.

До сего времени не было речи о полезности или вредности изотермических эффектов, а только об их наиболее общей характеристике - эффективности. Они могут быть и полезными и вредными. Самые известные и хорошо исследованные изотермические эндоэргические процессы - это фотосинтез зелёных растений и зрение человека. О полезности и важности их для сохранения жизни на земле мы говорить не будем. Следующим по степени изученности является широкий круг фотодвижений простейших организмов. Все остальные процессы ждут своего исследователя, а сколь широк круг этих ожидающих исследования эффектов особенно ярко показал в своей книге "Земное эхо солнечных бурь" А.Л.Чижевский [10]. У специалиста в области термодинамики не может быть сомнения в том, что в действительности этот круг ещё шире. Но мы сейчас остановимся лишь на одном аспекте всех этих явлений: на подходе к нормированию вредного действия.

Совершенно очевидно, что существующий в настоящее время подход к нормированию вредного действия должен быть в корне изменён, ибо он позволяет учесть только вредное действие сильного (теплового) воздействия. Правильные нормы, ориентированные на процессы устойчивого развития общества, не могут быть сформулированы без учёта изотермических процессов, отрицательно воздействующих на организм. Здесь следует подчеркнуть, что с врачами-гигиенистами злую шутку сыграл интервал, разделяющий тепловые процессы и эндоэргические. Можно назвать процессы, где его не существует, и эндоргические процессы переходят в тепловые, не опускаясь до нулевой отметки, но, по-видимому, эта ситуация для губительных процессов в живой природе нетипична. Весь объём данных по изучению вредного действия, известный на сегодня, говорит о том, что этот интервал не только существует, но и может быть весьма велик. Когда его обнаружили экспериментаторы, они назвали его "мёртвой зоной". Из исследований по химии известно, что он может не превышать одного порядка, но может быть и гораздо больше (несколько порядков!) [4].

Однако самой наглядной иллюстрацией глубины требующихся преобразований в области нормирования вредного действия является поразительное различие стандарта вредного действия для СВЧ-излучения, принятого в СССР (с одной стороны) и во всех других странах (с другой стороны). Это различие существовало в течение нескольких десятилетий. Ординарные исследователи обходили его стороной, и лишь наиболее вдумчивые и передовые учёные [11,12] не отмахивались от него, понимая, что здесь кроется нечто ещё неизученное. Поэтому остановимся на нём подробнее.

За максимально допустимую безопасную плотность потока СВЧ-излучения для человека в условиях постоянного облучения было принято 10мВт/см2 в США и 0,01 мВт/см2 в СССР. Как видим, различие немалое: в 1000 раз ! С точки зрения воздействия на здоровье человека различие более чем разительное, и, тем не менее, оно существовало десятилетиями. Многие гигиенисты смотрели на него с позиций чистого гуманизма, ибо очевидно, что чем сильнее в сторону меньших воздействий от дозы недействующей будет сдвинуто положение стандарта, чем сильнее человек будет предохранён от вредного действия. Но были и такие (редкие!) учёные, которые в этом различии увидели не только один голый гуманизм, а хотели проследить научную основу различия подходов к нормированию вредного действия. Так, например, Ян Мусил [12] отмечал, что в большинстве стандартов преобладает энергетический подход, который так или иначе связан с локальным или общим разогревом. Это то, что в термодинамике имеет строгое название - тепловой процесс. Этот же автор отмечал, что советский стандарт для СВЧ-излучения построен на другом принципе: он базируется на пороге вредного действия по показателям функциональных нарушений. Таким образом, наиболее внимательные исследователи сумели зафиксировать вредное действие на организм задолго до начала процессов нагрева. Итак, изотермические процессы воздействия радиоизлучения на организм в СССР были зафиксированы в первой половине ХХ века [13,14]. Стараниями врача-гигиениста З.В.Гордон они были не только зафиксированы, но из них были сделаны социально значимые выводы, ставшие в итоге советскими стандартами. Здесь уместно обнародовать давно забытый, но весьма любопытный факт. СВЧ-печи, которые сейчас заполнили прилавки наших магазинов и составляют предел мечтаний многих хозяек, в СССР были запрещены к массовому производству! Да, ситуация именно такова! Это устройство не столь сложно в изготовлении, чтобы СССР позволил себе "отстать" в этом производстве. СССР не мог разрешить производство печей для широких масс, которые не всегда интересуются плохими последствиями для своего здоровья тех или иных новинок, весьма полезных в быту. Сейчас такой новинкой является небезопасный для здоровья компьютер. Напомню ещё один забытый факт, который прозвучал как первый звоночек опасного действия СВЧ-излучения. Один молодой специалист, весьма здоровый человек, занимавшийся конструированием СВЧ-приборов, неожиданно умер. Вскрытие показало, что у него сварилась печёнка! Вот откуда возникла идея создания СВЧ-печей для приготовления варёной пищи. В США, где СВЧ-печи есть в каждой семье, до сего времени идут жаркие дебаты о пользе и вреде этого устройства между изготовителями печей и врачами-гигиенистами.

Итак, в ХХI веке перед человечеством встанет проблема перехода к новому принципу нормирования вредного действия - к нормированию вредных изотермических процессов или иными словами, более привычными для экспериментаторов, к нормированию по показателям функциональных нарушений. По существу это одно и то же, но выражено с использованием различной терминологии. Поскольку эта статья пишется для экспериментаторов сделаем несколько пояснений.

Электромагнитное излучение, имея квантовую природу, может действовать "прицельно". Квант определённой величины даже при очень малой общей мощности излучения может производить сильное воздействие на вполне определённые химические связи живого организма. Лучший пример - ночное зрение человека. Кстати, на примере зрения удобно продемонстрировать вредность больших потоков излучения. Когда солнечный свет очень ярок, зрачок глаза сужается, чтобы воспрепятствовать проникновению больших количеств света. А когда и этого не хватает, человек надевает солнцезащитные очки. Очки требуются тогда, когда начинает возрастать доля света, сбрасываемого в тепло, что мешает процессу зрения.

Изотермические процессы в области Вина (видимый свет, ультрафиолет) изучаются давно, и многие законы выявлены. Что же касается области Рэлея-Джинса (все диапазоны радиочастотного излучения), то здесь систематическое изучение изотермических процессов началось лишь в 1973 г. с работ большой группы исследователей под руководством академика Н.Д. Девяткова, причём изучались главным образом полезные эффекты.

Общность научной проблемы: нормирование изотермического вредного действия в ХХI веке и парапсихологический феномен

Вредные и полезные изотермические процессы подчиняются одним и тем же законам. Но мера вредности в условиях, пока процессы линейны и когда они сверхлинейны, различна. Надо полагать, что учёным ХХI века предстоят немалые дебаты по вопросу научно обоснованного нормирования вредного действия. И начнутся эти дебаты одновременно с наступлением нового века. Предметом самых существенных изменений в ближайшее время станет нормирование вредного действия рентгеновского излучения, ибо существует мнение, что три четверти американок получили рак молочной железы вследствие медицинской диагностики (облучение малыми дозами рентгена) [16], которые в ХХ веке считались безопасными.

Рентгеновское излучение принадлежит к области Вина, и именно с неё начнётся изменение правил нормирования вредного действия. В области Вина, где общая ситуация проще и яснее, борьба будет сконцентрирована вокруг выбора точки отсчёта начала вредного действия. Одни (наибольшие гуманисты!) будут предлагать в качестве таковой компенсационную точку эндоэргических и экзоэргических процессов. Другие (промышленное лобби в медицине!) будут доказывать, что вполне можно отсчёт вредности вести от максимума эффективности эндоэргических процессов. По-видимому, в первой половине ХХI века победят именно лоббисты, поскольку любое ужесточение стандартов требует удорожания производства за счёт внедрения в него новых способов очистки и защиты. Но в конечном счёте (трудно сейчас сказать, когда это случиться, в конце ХХI века или ещё позднее) стандарты вредного действия доползут в жестокой борьбе противоположных сил до своего термодинамикой предопределённого места: до компенсационной точки эндоэргических и экзоэргических процессов. Так, по-видимому, будет выглядеть прогресс исследования и нормирования вредного действия электромагнитного излучения из области Вина. Напомним, что к этой области относятся кроме рентгена (мягкого и жёсткого) ещё видимое, ультрафиолетовое излучение и g - излучение. Однако оставим этот вопрос потомкам, и займёмся более сложным вопросом общности научных основ изотермического вредного действия и эффектов парапсихологии.